15 мая 1891 года, 135 лет назад, родился писатель Михаил Булгаков. Известный во всём мире прежде всего как автор романа «Мастер и Маргарита», Михаил Александрович большую часть жизни был театральным драматургом. Почему его пьесы то запрещали, то возвращали на сцену и что сегодня остаётся главным в его наследии, рассказывают филологи Южного федерального университета.

Очередной врач, ставший писателем

Михаил Афанасьевич Булгаков родился в Киеве в семье доцента, потом профессора Духовной академии. В 1916 году он с отличием окончил медицинский факультет Киевского университета и добровольцем ушёл на фронт Первой мировой войны. Сначала работал врачом в прифронтовом госпитале, затем был направлен в земскую больницу в селе Никольское Смоленской губернии. Этот опыт лёг в основу цикла рассказов «Записки юного врача».

«Первое булгаковское произведение – “Записки юного врача” – было опубликовано в специализированном журнале “Медицинский работник” в 1925–1927 гг. Несмотря на то, что Булгаков получил диплом врача с отличием, был прекрасным диагностом, хирургом, венерологом, он все же довольно быстро решил сменить вид деятельности – уйти в литературу. Его знаменитая фраза из дневника “Ничем иным я быть не могу, я могу быть одним — писателем” свидетельствует о глубоком осознании своего писательского предназначения. Врачебный опыт автора очевиден во многих его произведениях. Это касается не только сюжетов, медицинских подробностей, образов врачей, но и его неиссякаемого интереса к человеческой природе, проницательности, здравомыслия, благородства», — рассказала доцент кафедры отечественной и зарубежной литературы ИФЖиМКК ЮФУ, кандидат филологических наук Елена Белопольская.

Путь от медицины к литературе — не редкость в русской культуре. Достаточно вспомнить Владимира Даля, Антона Чехова, Викентия Вересаева.

«Потянулась пеленою тьма египетская... и в ней будто бы я... не то с мечом, не то со стетоскопом. Иду... борюсь... В глуши. Но не один. А идет моя рать: Демьян Лукич, Анна Николаевна, Пелагея Ивановна. Все в белых халатах, и все вперед, вперед...» (Михаил Булгаков. Журнал «Медицинский работник». 27 июля 1926 г.)

Сохранение собственного достоинства и независимости в те годы требовало смелости. Как точно заметила Анна Ахматова о Булгакове, он «сурово жил и до конца донес великолепное презренье». Внутренний стержень у Михаила Булгакова, безусловно, был, и в этом тоже можно усмотреть «медицинский след», ведь врачебная практика способствует выработке таких человеческих качеств, как твердость и мужество.

«Думаю, что врачебный опыт и Чехова, и Булгакова имел определенное значение. Прежде всего, в их произведениях достаточно часто появляются образы врачей. Кроме того, он способствовал глубокому проникновению в психологию человека», — подчеркнула доцент кафедры отечественной и зарубежной литературы ИФЖиМКК ЮФУ, кандидат филологических наук Татьяна Осипова.

Оба эксперта сходятся в том, что медицинское прошлое не просто дало писателю материал для сюжетов, но и сформировало его взгляд на человека — трезвый, аналитический, без иллюзий. Именно это качество позже сделало его пьесы такими жёсткими и точными.

Вся его жизнь — игра

Семья будущего писателя страстно любила театр. Константин Паустовский, соученик Михаила Афанасьевича по гимназии, вспоминал, что квартира Булгаковых в Киеве славилась гостеприимством, там постоянно звучала музыка, шли споры, разыгрывались домашние спектакли. Сам Михаил с детства участвовал в них как режиссёр и актёр.

«Булгаков говорил о себе, что в его жилах течет “сценическая кровь”. Драматургия занимает значительное место в его жизни и творчестве, но стоит подчеркнуть, что особенностью булгаковского письма является нерасторжимое единство эпического и драматического, другими словами, изображенное им всегда объемно, зримо. Отсюда и любовь Булгакова к театру, его увлечение сценой. Кстати, замечено, что слово “игра” – одно из самых частотных в его произведениях», — рассказала Елена Белопольская.

Позже эта любовь выльется в драматургию и в работу режиссёром-ассистентом во МХАТе. Но и сама проза Булгакова — зрима, театральна, словно написана для сцены или экрана.

«Пойдёт — хорошо, не пойдёт — не надо: но работаю на этих репетициях много и азартно. Ничего не поделаешь со сценической кровью» (Письмо Булгакова П. С. Попову о работе над спектаклем «Мольер»)

Театральность булгаковской прозы была замечена ещё современниками. Не случайно многие его недраматургические тексты («Белая гвардия», «Собачье сердце», «Мастер и Маргарита») впоследствии получили блестящие сценические и кинематографические воплощения.

«Безусловно, проза Булгакова чрезвычайно театральна: мастерство построения диалогов, что очень важно для пьесы, глубокий подтекст, отражающий позицию автора», — отметила Татьяна Осипова.

«Дни Турбиных»: между успехом и запретом

Первая пьеса Булгакова «Братья Турбины» была написана во Владикавказе в 1920 году и посвящена событиям революции 1905 года. Позже, работая над романом «Белая гвардия» и пьесой «Дни Турбиных», писатель перенёс действие в 1918–1919 годы.

Булгаков использовал собственные воспоминания о жизни в Киеве в годы Гражданской войны.

«“Братья Турбины” были посвящены событиям революции 1905 года. Мне кажется, что перенос героев в 1918 год имел принципиальное значение. Булгаков использовал свои воспоминания о жизни в Киеве на рубеже 1918–1919. Кроме того, писатель стремился, как и в романе “Белая гвардия”, показать идеологию белого движения через образы ее лучших представителей. Далеко не случайно Алексей Турбин, в первой пьесе и романе военный врач, здесь стал кадровым полковником-артиллеристом», — рассказала Татьяна Осипова.

Интересно, что сам Булгаков не раз возвращался к этому материалу, перерабатывая роман в пьесу и обратно. Для него тема интеллигенции и революции была одной из самых личных и болезненных.

Премьера «Дней Турбиных» во МХАТе состоялась 5 октября 1926 года. Спектакль имел огромный зрительский успех — зал был полон, очередь за билетами выстраивалась с ночи. Однако советская критика встретила пьесу в штыки.

«“Дни Турбиных” знакомят с историей семьи русских дворян-интеллигентов, которые переживают события начала Гражданской войны в Киеве. Сам факт пребывания на сцене такого типа героев был необычен. Живые характеры персонажей, глубокий драматизм времени, блестящий состав актеров МХАТа, интересные сценические находки привели к исключительному зрительскому успеху. Но даже прозвучавшее в конце пьесы признание победы большевиков виделось многим критикам недостаточным для четкой расстановки идеологических акцентов на советской сцене», — рассказала Елена Белопольская.

В 1929 г. спектакль был снят с репертуара, но, по указанию И. В. Сталина, которому нравилось это произведение, был восстановлен в 1932 г.

«На этой пьесе, как на нити, подвешена теперь вся моя жизнь», – признавался Булгаков.

Идеологи требовали снятия спектакля. Тем не менее пьесу не запретили окончательно — её то снимали, то возвращали. Последний раз разрешили в 1932 году.

«Почти вся критика ругала “Дни Турбиных”. Пожалуй, единственный положительный отзыв Н. Руковишникова, который увидел в пьесе правдивое изображение “достойного противника”. Думается, этим объясняется интерес Сталина к этому произведению, подчеркнувшего, что противник показан не карикатурно», — добавила Татьяна Осипова.

По легенде, Сталин смотрел «Дни Турбиных» более десяти раз и ценил их за мастерство, хотя и не разделял симпатии автора к «белым». Это обстоятельство и спасло пьесу от полного исчезновения со сцены.

«Бег»: восемь снов о гибели

Пьеса «Бег» (1927) продолжает тему Гражданской войны, но переносит действие в эмиграцию. Главный герой, генерал Хлудов, — фигура трагическая.

«По словам театрального критика А. Смелянского, “в “Беге” Булгаков попытался воссоздать судьбу любимых героев вне привычного для них пространства и среды обитания. Он вывел их за порог дома с кремовыми шторами и погрузил в хаос стремительно несущегося потока”. Пьеса состоит из восьми авторских снов, многозначных, глубоких, лиричных, причудливо связанных между собой. Кроме стилистики, у критиков вызывали вопросы герои, особенно белый генерал Хлудов, личность незаурядная и трагичная. Постоянное стремление Булгакова “стать бесстрастно над красными и белыми” воспринималось враждебно», — рассказала Елена Белопольская.

Пьеса была запрещена к постановке при жизни Булгакова. Её посчитали ещё более опасной, чем «Дни Турбиных», поскольку здесь не было даже формального признания победы красных.

«В “Беге” критики увидели превосходство и внутреннее благородство белого движения, то есть то, что уже было в предыдущей пьесе. Сталин также дал резкую характеристику “Бегу”, увидев в пьесе “жалость” по отношению к белым эмигрантам», — подчеркнула Татьяна Осипова.

Впервые «Бег» был поставлен в СССР только в 1957 году, после смерти Сталина. Сегодня эта пьеса считается одной из вершин булгаковской драматургии.

«Зойкина квартира»: пьеса-негатив

Пьеса «Зойкина квартира» (1926) — это сатира на новую экономическую политику (НЭП), где в подпольном ателье Зои Пельц процветают аферы, коррупция и даже переодевания с целью обмана. В пьесе почти нет положительных героев.

В 1929 году она была запрещена. Причина — не только в остроте сатиры, но и в том, что тема НЭПа уже уходила в прошлое. Сама пьеса, однако, представляет собой уникальный образец острой социальной комедии.

«“Зойкина квартира” – это пьеса-негатив только с отрицательными персонажами. Именно это и стало причиной запрета в 1929 г. Новой экономической политики, как и ее разоблачение, уже отходили в прошлое. Кроме того, наряду с сатирой здесь ощущались и трагические нотки. Например, образ Аллы, стремящейся заработать деньги для отъезда в Париж к своему возлюбленному», — рассказала Татьяна Осипова.

Сегодня «Зойкина квартира» с успехом идёт во многих театрах, и в ней видят не только сатиру на НЭП, но и универсальную историю о том, как люди выживают в эпоху перемен, теряя человеческий облик.

«Мольер» или «Кабала святош»

Пьеса «Кабала святош» (другое название — «Мольер») была написана в 1929 году и посвящена судьбе великого комедианта при дворе Людовика XIV. Работа над постановкой во МХАТе длилась семь лет.

«Подготовка спектакля длилась так долго, что стала притчей во языцех: сказкой театрального быта», — говорил В. И. Немирович-Данченко.

Премьера состоялась 16 февраля 1936 года, а уже 9 марта спектакль был снят. Официально — из-за «исторической недостоверности», реально — из-за опасных параллелей с современностью. Пьеса глубоко автобиографична.

«Произведения Булгакова конца 1920–1930 гг. так или иначе связаны с темой творческой личности и власти. По сути, драматург прорабатывает на художественном материале модели поведения с власти предержащими. Нужно сказать, что Булгаков всегда восхищался талантом Мольера, чья творческая судьба резонировала с собственным мироощущением. Великий драматург в изображении Булгакова гениален и уязвим. По признанию Булгакова, “охлаждение короля к Мольеру, имевшее место в истории, доведено в драме до степени острого конфликта”. Последующие запреты произведений Булгакова и развернутая против него кампания подтвердили его худшие опасения. Сегодня очевидна правота Б. Л. Пастернака, назвавшего Булгакова “незаконным явлением” в литературе того времени», — добавила Елена Белопольская.

Булгаков был раздавлен запретом «Мольера». Он воспринял это как предательство театра, которому отдал столько лет. Вскоре после этого он ушёл из МХАТа.

«Пьеса, конечно, несёт автобиографическое начало, это сближает с романом “Мастер и Маргарита”: зависимость великого писателя от ничтожной власти, от “кабалы святош”. Стоит ли лизать шпоры короля, чтобы не раздавили? Ответ: все равно раздавят. В этом трагедия великого драматурга. Пьеса эта связана ещё с одним драматургическим произведением Булгакова: “Александр Пушкин” (“Последние дни”). Здесь образ гения, отказавшегося “лизать шпоры” и погибшего. Мне кажется, что проблема “гений и власть” – одна из самых важных для Булгакова», — подчеркнула Татьяна Осипова.

Работа во МХАТе: охранная грамота или катастрофа?

В 1930 году, после того как все его пьесы были сняты с репертуара, Булгаков написал отчаянное письмо правительству.

«Если же и то, что я написал, неубедительно, и меня обрекут на пожизненное молчание в СССР, я прошу Советское Правительство дать мне работу по специальности и командировать меня в театр на работу в качестве штатного режиссера. Я именно и точно, и подчеркнуто прошу о категорическом приказе о командировании, потому что все мои попытки найти работу в той единственной области, где я могу быть полезен СССР как исключительно квалифицированный специалист, потерпели полное фиаско. Мое имя сделано настолько одиозным, что предложения работы с моей стороны встретили испуг, несмотря на то что в Москве громадному количеству актеров и режиссеров, а с ними и директорам театров, отлично известно мое виртуозное знание сцены. Я предлагаю СССР совершенно честного, без всякой тени вредительства, специалиста режиссера и автора, который берется добросовестно ставить любую пьесу, начиная с шекспировских пьес о вплоть до сегодняшнего дня». (Письмо Правительству СССР Михаила Афанасьевича Булгакова)

Результатом стал личный телефонный звонок И. В. Сталина. Булгакову предложили работу во МХАТе — режиссёром-ассистентом.

«Как известно, после телефонного разговора с И. В. Сталиным, который состоялся в 1930 г., Булгаков смог получить работу в театре. Шестилетняя работа режиссером-ассистентом во МХАТе (1930–1936 гг.), а позже либреттистом в Большом театре оценивается булгаковедами по-разному. С одной стороны, Булгаков получил “охранную грамоту” от главного государственного лица, с другой – инсценировка и написание либретто никак не соответствовало масштабу булгаковского таланта. За свои творческие идеи Булгакову в театре постоянно приходилось бороться, чаще всего безуспешно. Это касалось и его пьес, и его инсценировок. Можно согласиться с биографом А. Варламовым, что поначалу выигрышная ситуация в конечном итоге обернулась катастрофой», — рассказала Елена Белопольская.

Это спасло его от голода и безденежья, но поставило в двусмысленное положение: он стал «приближённым», но при этом его творческая свобода оказалась под ещё более пристальным контролем.

Булгаков тяжело переживал эту зависимость. В письмах и дневниках тех лет постоянно встречаются жалобы на то, что он вынужден заниматься «чужими» пьесами вместо собственных.

Булгаков-актёр: роль судьи-паука

Булгаков не только писал пьесы, но и сам выходил на сцену. Самая известная его актёрская работа — роль Судьи в спектакле МХАТа «Пиквикский клуб» по Чарльзу Диккенсу (1934). Современники отмечали его удивительное перевоплощение.

«Можно с уверенностью утверждать, что у Булгакова был актерский талант. В детстве и юности он с удовольствием принимал участие в семейных спектаклях, выступая в качестве режиссера и актера. Уже будучи известным драматургом, он захочет, по его словам, “побывать в актерской шкуре”», — рассказала Елена Белопольская.

По воспоминаниям В. В. Шверубовича, театрального деятеля и сотрудника постановочной части МХАТа, Булгаков проявлял неподдельный интерес к театральной жизни и с удовольствием вливался в нее. На сцене Булгаков резко преображался, как писал Шверубович, “из зала на сцену взбегал еще Булгаков, но, идя по сцене, он видоизменялся, и по лестнице лез уже Судья. И Судья этот был пауком. Михаил Афанасьевич придумал (может быть, это был подсказ Виктора Яковлевича Станицына), что Судья — паук. То ли тарантул, то ли крестовик, то ли краб, но что-то из паучьей породы. Таким он и выглядел — голова уходила в плечи, руки и ноги округлялись, глаза делались белыми, неподвижными и злыми, рот кривился”, “все получалось страшно и до конца правдиво и убедительно”.

«Мне пришлось поработать с Вами лишь на нескольких репетициях „Турбиных“, и я тогда почувствовал в Вас — режиссера (а может быть, и актера?!). Мольер и многие другие совмещали эти профессии с литературой!» (из письма Станиславского Булгакову от 4 сентября 1930 г.)

Эта актёрская работа осталась единственной задокументированной, но она наглядно показывает, как глубоко Булгаков понимал природу сценического перевоплощения.

«Батум»: последняя попытка

В 1939 году Булгаков написал пьесу «Батум» о молодом Сталине. Это была вынужденная мера: писатель надеялся таким образом добиться публикации своих произведений. Однако Сталин отверг пьесу.

«“Батум”, на мой взгляд, вынужденный шаг писателя. Создавая эту пьесу, он надеялся обеспечить публикацию своих произведений. Почему Сталин отверг эту пьесу, при этом считая ее хорошей? Он сам объяснил это в разговоре с В. И. Немировичем-Данченко: “Все молодые одинаковы, не надо ставить пьесу о молодом Сталине”. Нужен образ умудренного жизнью вождя, а “Батум” явно не подходил для этого», — рассказала Татьяна Осипова.

«Батум» стал последней крупной драматургической работой Булгакова. После этого он практически перестал писать пьесы и сосредоточился на романе «Мастер и Маргарита».

Влияние Булгакова на русскую литературу и театр огромно. Его пьесы и сегодня идут на лучших сценах, а романы переиздаются миллионными тиражами.

С чего лучше начать знакомство с Булгаковым — с прозы или с драматургии? Одни советуют «Собачье сердце» как самую доступную сатиру, другие — «Белую гвардию» как самую личную вещь. Третьи — сразу к пьесам.

Практический совет филологов таков: читайте Булгакова без спешки. Его тексты многослойны, и каждый раз при перечитывании открываются новые смыслы. А начинать лучше с того, что вам ближе по настроению — с едкой сатиры или с пронзительной трагедии.

Автор текста: Алексей Романенко